В этом году Пасха и День космонавтики выпали на один день. Календарь иногда говорит больше, чем кажется.
Пасха есть победа жизни над смертью, разрыв порядка вещей, в котором смерть привыкла говорить последнее слово. «Христос воскресе» утверждает, что за пределами видимого есть иная полнота бытия, которая сама входит в нашу жизнь. Каждый год в Великую Субботу в Иерусалиме сходит благодатный огонь, и в ту же ночь от него зажигают пасхальные свечи.
Гагарин взлетел 12 апреля 1961 года. Мало кто помнит, что православная Пасха в том году пришлась на 9 апреля, за три дня до полёта. Страна ещё жила в Светлой седмице. Верующие пели «Христос воскресе», а вся страна, и те, кто встречал Пасху, и те, кто был далёк от неё, смотрела в небо вслед за человеком, впервые покинувшим Землю. Победа над смертью и победа над земным притяжением случились той весной с разницей в три дня.
Советская космическая программа несла в себе не только инженерный гений, она также впитала в себя философскую атмосферу русского космизма. Николай Фёдоров построил целую философию вокруг идеи воскрешения всех когда-либо живших людей и видел в освоении космоса прямое продолжение этого замысла. Его идеи унаследовал Циолковский, убеждённый, что сама Земля слишком мала для духа. Вернадский говорил о распространении разума и жизни в космическом пространстве.
Пасхальное «Христос воскресе!» и гагаринский виток вокруг Земли говорят об одном: неутолимое стремление туда, где земное притяжение — и физическое, и метафизическое — теряет свою власть.