Преподаватель Института Русской Политической Культуры, политолог, востоковед Каринэ Александровна Геворгян отвечает на вопросы студентов ИнРПК 29 июля 2026 года
1. Что означает участие турецких истребителей в патрулировании Балтики? Это просто формальное участие в рамках НАТО или нечто большее? И какой внешнеполитический вектор в целом превалирует в Турции на данный момент?
После саммита НАТО в Анкаре Эрдоган пошёл на максимальные уступки альянсу, при том, что он, конечно, не хочет ссориться с Москвой, и старается действовать максимально осторожно. Свои планы он не афиширует – по крайней мере, в переговорах с Россией, поскольку турки получают серьёзный доход от экономического взаимодействия с нами. Но от участия в учениях НАТО на Балтике ему уклоняться не пришлось – это было одним из условий, в т.ч. для снятия ряда санкций для ВПК Турции.
Формальное ли это участие в рамках НАТО? И формальное, и содержательное одновременно, потому что это всё-таки серьёзные действия – патрулирование на Балтике. И, как я понимаю, отрабатывается то, что можно масштабировать до Восточного Средиземноморья и акватории Чёрного моря, так что это тренировочные действия, которые свидетельствуют о том, что Турция будет, скорее всего, вовлечена – если таковые военные действия случатся – в противостояние с Россией.
Турции надо выжить, учитывая экономические проблемы, напряжение и противостояние в турецкой политической элите. Поэтому на сегодняшний день политика Турции остаётся многовекторной.
Единственный вектор или единственная составляющая этой внешней политики, которая как-то остаётся за рамками интересов экспертов, – это взаимодействие Турции и Японии. Взаимодействие стратегическое и, надо сказать, очень закрытое – и информация об этом в полной мере отсутствует у союзников Турции, таких как Лондон и Вашингтон. Но стратегическое взаимодействие Турции и Японии существует давно, на него мало обращают внимание.
Когда-то, в декабре 2018 года, японский посол на одном из официальных мероприятий сказал странную фразу, которая у меня как у лингвиста вызвала недоумение. Он сказал про Турцию: «Мы один народ. Мы разные государства, но один народ». Заметьте, эта формула похожа на ту формулу, которая адресуется отношениям Анкары и Баку. Это отдельная тема, потому что и в Анкаре, и в Токио считают, что в случае критического ослабления России и Япония, и Турция смогут получить некие территориальные вознаграждения. Я думаю, что вы понимаете, о чём я говорю.
Это очень интересный момент, и его тоже я бы игнорировать не стала. Поэтому в таких вопросах, как участие в операциях НАТО и других, Анкара имеет очень конфиденциальные закрытые консультации с японской стороны.
2. Ряд экспертов предрекают втягивание Турции в серьёзный конфликт либо с Израилем, либо с Саудовской Аравией. Также прогнозируется, что наиболее горячей точкой Средиземноморья в ближайшее время станет Кипр, северная часть которого принадлежит Турции. Втягивание в какой из этих конфликтов Вы считаете наиболее вероятным в ближайшее время и почему?
Что касается Саудовской Аравии, мне кажется, это несколько странно. И в общем, не столь актуальным. А вот что касается Израиля, конфликт уже имеет место. Поскольку в Турции существует два внешнеполитических проекта — это Туран и Мави Ватан (Голубая Родина). Цель проекта Мави Ватан — расширение юрисдикции Турции в акватории Средиземного моря, где заявлено нахождение огромных залежей газа, в разработке которых участвуют самые разные страны и компании.
Эти газовые месторождения находятся именно в Восточном Средиземноморье от Сектора Газа и далее к Ливану и Кипру. И надо сказать, что греческие острова, которые без бинокля видно с побережья Турции, тоже, соответственно, входят в эту зону, поэтому Турция претендует на эти территории и на расширение своей акватории. И несмотря на то, что Турция продолжает торговлю и взаимоотношения с Израилем, но именно по этой части, поскольку акции Турции в этом проекте не учтены, Эрдоган настаивает на том, чтобы они были учтены. И здесь противостояние становится все более жёстким.
Также прогнозируется, что наиболее горячей точкой Средиземноморья в ближайшее время станет северная часть Кипра, которая де-факто принадлежит Турции. Да, об этом в том числе писал мой коллега Кямиль Аскерханов. Он твёрдо считает, что этого не избежать. Тут надо понимать, что в этих газовых проектах Британия не принимает участия, а базу на Кипре имеет. Так что вряд ли Лондон будет сидеть и наблюдать, как уплывают и денежки, и такие вкусные проекты. Поэтому, скорее всего, Британия будет тоже стараться способствовать разжиганию этого конфликта, поскольку заинтересована в получении своей доли.
3. Чем может быть продиктовано вдруг резко ставшее столь пассивным поведение Израиля?
Это очень любопытный момент. С одной стороны, на поверхности лежит заявление Ирана о том, что, если Израиль будет участвовать в ударах по Ирану, тем более в ударах, касающихся атомной отрасли Ирана, Иран нанесёт сокрушительные удары по израильским стратегическим объектам, ядерным и химическим, а также по инфраструктуре. Но это на поверхности и тут, как говорится, «бабка надвое сказала».
Но мало кто обращает внимание на один фактор, о котором вообще ничего не пишется, и информации настолько мало, что я тоже это в качестве версии выдвигаю. А мы забыли, что в Сирии — а всё-таки Турция не имеет границ с Израилем — существуют российские базы? Кому-то представляется, что там только такой декоративный контингент и вооружение не ахти какое, но тут у меня появились некоторые сомнения. И я считаю, что в качестве сдерживающего фактора не стоит игнорировать российское военное присутствие в Сирии. Я надеюсь, вы меня тоже поняли.
4. Насколько опасен для России турецкий проект Туран, предполагающий практически присоединение к Турции ряда российских регионов? Существуют даже турецкие карты, на которых довольно значительная часть российских областей и республик принадлежит Турану. Насколько далеко зашло дело, и почему некоторые представители российских элит не просто поддерживают, но активно лоббируют этот проект?
Это довольно любопытно. В плане работы по созданию НКО, колледжей от Минска до Якутска, Турция вложилась очень серьёзно. И понятно, что обработка сознания тюркских народов шла интенсивно. И ничего приятного в этом нет. С другой стороны, замечательный мой коллега Аждар Куртов еще в 1995 году писал о том, что и у самой Турции, и у стран, которые её в этом проекте поддерживают, не хватит экономического потенциала для того, чтобы территориально реализовать проект Туран в плане создания такой конфедерации.
Не знаю, прав ли Аждар Куртов, но, безусловно, сегодня именно с этой точки зрения у Турции, действительно, потенциал не велик. А в плане работы с сознанием наших тюркских народов, которые, конечно, просто великолепны по своему разноцветию, по своим культурам, и я много раз говорила о том, что это народы с потрясающими, очень древними эпосами, разными эпосами, — так вот из них, по сути, просто хотят сделать турков и унифицировать их сознание. Это видно по учебникам, которые турки создавали для тюркских государств постсоветского пространства. Наших тюрков тоже, собственно говоря, в этом проекте ожидает потеря своей идентичности и понимания собственных корней. Их втравливают в то, что по-английски называется «придумывание традиций».
Почему некоторые представители российских элит не просто поддерживают, но активно лоббируют этот проект? Потому что в России с 1990-х годов складывался серьёзный и, скажем так, глубоко эшелонированный турецко-азербайджанский пул. И в данном случае я даже не хочу на эту тему особо распространяться, а отсылаю вас к очень интересному полилогу, который происходит на ресурсе «Чистота понимания» между господами Чадаевым, Князевым и Ураловым. Я сама смотрела этот материал, там очень подробно эта тема рассматривается. Надеюсь, вы его найдёте*. Полностью получите ответы в подробностях, включая ситуацию в Санкт-Петербурге, в некоторых других регионах — они откровенно рассказывают о том, как это происходит, как этот лоббистский пул выстроен от рынков до высоких фигур и так далее.
5. Что бы Вы сказали людям, если бы имели возможность обратиться к жителям всех регионов, на которые в рамках проекта Туран «положила глаз» Турция?
Я не единожды выступала в Татарстане, в Башкирии. Я обращалась и обращаюсь, в т.ч. давала интервью казахстанским журналистам. Я всегда говорила о том, что этот проект — политический и территориальный конструкт, который предусматривает ломку и исчезновение корневой идентичности. И, кроме всего прочего, хочу сказать, что наши тюркские народы вместе с другими народами и со славянскими этносами являются сотворцами русской цивилизации. Вопрос. Они её создавали, так как можно отказаться от собственного наследия?
Русская цивилизация — такое же наследие наших тюркских народов, как и тот вклад, который внес русский суперэтнос, да и все остальные. Мы же даже не будем с вами отрицать значение и вклад северо-кавказских народов, и южно-кавказских. Я ни один в этом смысле не вычеркиваю. Как это все можно забыть и выбросить на помойку?
6. Какие настроения царят сейчас в армянском обществе по поводу референдума о присоединении к ЕС/продолжении нахождения в ЕАЭС? Повлиял ли на них недопуск с/х продукции Армении на российский рынок?
Армянское общество пребывает в состоянии посттравматического синдрома, что естественно, в т.ч. при наличии вот этого огромного количества беженцев из Карабаха, где практически произошла зачистка армянского населения.
Более всего их сейчас волнуют аресты оппозиционеров и проблемы, связанные с запретами со стороны Россельхознадзора на сезонную продукцию из Армении, поскольку это летняя продукция, и на рыбу, и на молочную продукцию. Похоже, что сам премьер-министр Армении Никол Пашинян не торопится проводить такой референдум, и напоминание об этом референдуме в основном исходит от Москвы. Он-то как раз и не хотел бы с этим торопиться, и всячески пытается уверить, что его устраивает участие Армении в ЕАЭС.
Обучение на Факультете Высшего Управления в Институте Русской Политической Культуры:
провласть.рф/fvu
7. Наш президент практически в один день провёл беседы сначала с Пашиняном, а потом с Алиевым. Означает ли это какую-то стабилизацию отношений между странами-членами СНГ и в целом осознание общего пути?
Это означает, что он провел переговоры с обеими сторонами, в общем-то, хоть и заявившими о своем миролюбии, но всё ещё враждебными, с тем, чтобы, как мне представляется, ни у одной из сторон не было бы представления о том, что ей отдаются предпочтения. И это несмотря на то, что формально Армения имеет более высокий статус стратегического сотрудничества, чем Азербайджан, который в свою очередь проводит на своей территории конференции на тему сепаратизма. Недавно одна такая прошла в Шуше. И многое другое делается.
При этом на пресс-конференции после встречи с канцлером Германии Ильхам Алиев заявил о том, что он тут ни при чём, но российская сторона проводила какие-то специфические консультации в Баку. И даже были названы фамилии. Впрочем, информация об этом событии есть на моём телеграм-канале: https://t.me/gevorgyankarine/4527.
Я считаю необъяснимым молчание российской стороны в отношении крайне недружественных шагов со стороны Азербайджана. В отношении Армении и МИД России, и российские медиа довольно много говорят и выступают. Это, в общем, тема не запретная. А про Азербайджан есть ощущение такое, как будто бы есть запрет на эту тему, на её актуализацию. В связи с этим появилась такая саркастическая шутка: что бы ни происходило и какие бы конференции Алиев ни проводил на своей территории, каких бы россиян он не бросал бы в тюрьмы — а я напомню, что наши журналисты Спутника до сих пор находятся в бакинских тюрьмах — во всем будет виновата Армения.
Что касается осознания общего пути, с моей точки зрения, может быть, оно и есть на личностном уровне, но им не свернуть с тех путей, на которые их поставили. Я считаю, что суверенитет обеих этих закавказских республик не велик. Поэтому независимо от того, что они осознают лично, свернуть и выбраться из тех туннелей, по которым их направляют, они уже не в состоянии.
8. Какие роли Армения и Азербайджан призваны играть, неизбежно находясь в геополитической орбите России? Как стоило бы встраивать отношения между ними и нашей страной?
Дело в том, что это регион очень серьёзных коммуникаций, за которые идёт драка на макрополитическом уровне. И еще не снимайте с повестки дня интереса восходящей державы Ирана. Мы это видим по конфликту с США, развязанным Соединёнными Штатами совместно с Израилем.
Поэтому тут всё зависит от того, какие роли отведены им крупными игроками, включая таких игроков, как США, Брюссель, Лондон, Москва, Пекин. И надо смотреть, как усиливаются или ослабляются позиции этих центров. Я бы больше обращала внимание на то, как на Южный Кавказ реагируют в Тегеране, что делается с иранской стороны достаточно сдержанно. Но это вовсе не означает, что иранская сторона считает эту тему неактуальной не окажется решающим фактором, который приведет к некоему новому формату на Южном Кавказе.
В нынешних сверхтурбулентных условиях общее прошлое России, Азербайджана и Армении, конечно, играет большую роль, и стоит о нём вспомнить, есть на что опереться. Я упоминала деятелей прошлого, но в нынешних условиях это будут, несомненно, новые, и я надеюсь, что это будут дружеские отношения, учитывая то, что если России суждено, то она вернёт свои позиции не в ущерб ни странам, ни народам Южного Кавказа. Я это хочу особенно подчеркнуть. Я так искренне считаю. И многое будет зависеть от возможности Москвы в этом плане, и от того, как Москва и Тегеран будут взаимодействовать в этом макрорегионе.
9. Недавно один из бывших кандидатов в президенты Украины высказал мысль о том, что практически все бывшие республики СССР существуют как государства только благодаря России, и в случае какого-то резкого ослабления России вряд ли уцелеют. Согласны ли Вы с этим утверждением?
Я не просто с этим согласна. Я хочу подчеркнуть, что бывшие республики СССР обрели независимость в условиях, когда на полную мощь был запущен проект глобализации, который в качестве первой политической своей составляющей рассматривал создание мирового правительства и десуверенизацию, то есть снижение роли государства, отведение государства роли Собеса. И свою независимость постсоветские республики выстраивали в тех условиях. Именно поэтому я считаю, что у этих лимитрофов есть определённые шансы сохранять свою независимость и государственный суверенитет. Но в случае ослабления России, даже временного, их ждёт грустная участь — в любом раскладе.
10. Уместно ли публичное выступление Токаева о необходимости заморозки конфликта с Украиной и о том, что «природа этого конфликта не совсем понятна для многих»? Или это больше похоже на, грубо выражаясь, «подставу»?
Я не считаю властителей постсоветских республик полностью суверенными. «Где сокровища ваши, там и сердце ваше», а сокровища их – в западных банках, прежде всего, в британских офшорах. Поэтому они выступают за тех, от кого они зависят.
11. По мнению некоторых экспертов провокация Украины по отношению к Ирану – это спланированное действие. Одни высказывают точку зрения, что цель этого – втянуть как можно больше участников в войну, превратив весь юг Евразии в зону боевых действий. Другие отмечают, что это, скорее, жест отчаяния. А как Вы расцениваете мотивы подобного поведения и по какому сценарию могут развиваться дальнейшие отношения между Ираном и Украиной?
Я тоже считаю провокацию Украины по отношению к Ирану спланированным действием. Более того, я привела на своём телеграм-канале мою короткую беседу с Василем Вакаровым в рекламную паузу на «Время покажет».
- Василь, с какой целью Зеленский бьет на Каспии по иранцам?
- А нет другой фигуры в мире, чтобы объединить эти две войны.
Вот так: ёмко и «не в бровь, а в глаз»!
Да, разумеется, это является целью втянуть как можно больше участников в войну, превратив весь юг Евразии в зону боевых действий. Понятно, что если ты не можешь контролировать или удержать контроль над континентальными коммуникациями внутри Евразии, то лучше всего туда вбросить как можно больше хаоса, а там потом дым рассеется, разберёмся.
Некоторые отмечают, пишете вы, что это скорее жест отчаяния. Нет, не жест отчаяния. Ему есть на что тратить свои достаточно дорогие беспилотники.
По какому сценарию могут развиваться дальнейшие отношения между Ираном и Украиной? Я в понедельник выступала на Спутнике https://t.me/gevorgyankarine/4671 и сказала, что Иран, конечно, может спокойно дотянуться до Киева, до Банковой. С моей точки зрения, Иран гораздо больше заинтересован в укреплении своих позиций на юге Украины и в Черноморском бассейне для коммуникаций. Поэтому, скорее всего, он будет бить по Николаеву, Одессе, по Черноморью, по этим регионам, как и мы бьём.
12. Таджикистан запретил хиджабы и арабскую одежду как «чуждую таджикской культуре», в то время как в России с каждым годом появляется всё больше женщин в чёрных хиджабах и тому подобной одежде. Почему мы это допускаем и какими методами можно ограничивать носителей радикальной исламской культуры, постоянно проживающих в наше стране?
Прежде всего, нужно работать с сознанием. У нас, я считаю, только формально фестивальные призывы к единству народа, с одной стороны, а с другой стороны, я могу сказать, что и в регионах Северного Кавказа очень многие люди, коренное население, мусульмане и мусульманки, крайне недовольны этой тенденцией и считают её опасной, в том числе для своего традиционного ислама. С этим мало работают, это большое упущение.
И, по сути, нет у нас такого органа, который бы этой темой занимался, кроме федеральных каналов, средств массовой информации вообще и разных ресурсов в разрешённых или запрещенных мессенджерах. Это большое упущение. Работать надо было начинать ещё четверть века назад.
Можно ли и сейчас что-то сделать? Да, конечно, всегда можно. Тем более, что я ещё раз говорю, очень многие в тех регионах, где ислам очень распространён, тоже этим недовольны. А наши чиновники — иногда кажется, что просто это какой-то элемент подкупа или коррупции — так жёстко идут навстречу этим требованиям.
С другой стороны, понимаете, тут тоже до абсурда не следует это доводить, потому что нередко эти женщины могут быть просто иностранками с Аравийского полуострова, я их периодически встречаю. Ну что теперь делать? А наши могут, не разбирая броду, требовать снять это одеяние. Тогда нужен закон, по которому женщина в таких одеяниях не имеет права пересекать нашу границу, как минимум.
Но законы не будут работать, если не будет работы с сознанием. Тем более, что для реального исполнения этих законов у нас просто народу не хватит. А кто этим будет должен заниматься? МВД? Так у них и так не добор.
13. Дагестан также стремительно радикализируется. На чём «ловят» молодёжь радикальные исламисты? Насколько опасно увлечение радикальным исламом для дагестанской молодёжи и для стабильности на Кавказе в целом?
Радикализируется не весь Дагестан, а немножко это неравномерно по регионам происходит. На чём ловят молодежь радикальные исламисты? Здесь все факторы работают. Как, к примеру, криминал увлекал молодёжь романтикой определённой, героикой. Они представляют этих салафитов как современных героев, поскольку — а кто у нас герои в современном мире? Мы же до сих пор до конца в нашем обществе, хоть это и декларируется, и даже щиты мы видим с воинами СВО — наши герои и прочее. Но это внешняя активность. Я не говорю, что её не должно быть. Я не говорю, что это плохо. Я просто говорю, что этого недостаточно.
Нет героев, а радикалы умеют представлять головорезов, как героев. Кроме всего прочего, все программы и методички вовлечения молодёжи разрабатывались отнюдь не на востоке, а вовсе даже в западных центрах, и работают эти программы очень эффективно. И работали, и работают в арабских странах и в странах, где распространен ислам. Это достаточно сложно, поэтому надо противопоставить такую же серьёзную работу, потому что мой опыт путешествий и дружбы со многими людьми на Северном Кавказе свидетельствует о том, что просто нужно обладать определёнными компетенциями, которые частично у меня есть как у востоковеда.
Лет семь назад, на выступлении в одном из северокавказских регионов мне надо было рассказать, что терроризм — это плохо. Я сумела найти контакт с аудиторией, это были в основном молодые мужчины, и я могу поручиться, что практически никто из них не поехал и не влился в отряды головорезов. Я правильно поставила перед ними вопросы, на некоторые из которых они не смогли ответить, несмотря на то, что это были фундаментальнейшие вопросы исламского богословия.
14. В.В. Путин недавно сказал, что иногда смотрит некоторых блогеров, имея в виду экспертов, выступающих на различных интернет-площадках. Он наверняка знает и Вас, ибо Вас невозможно не заметить и не послушать😊 Что бы Вы сказали или пожелали бы нашему президенту в такое непростое и для него, и для нашей страны время?
Очень хочется укреплять единство и стабильность нашей стране, и всё, что я могу сделать для этого, я готова, в том числе, по своим компетенциям. Я считаю, что опираться можно только на то, что сопротивляется. Я достаточно критично высказываюсь по ряду вопросов, связанных с внутренней и внешней политикой, но надеюсь, я говорю об этом искренне и с болью. И мне, как гражданке России, всегда «за державу обидно», как герою Павла Луспекаева Верещагину. Поэтому если я могу чем-то помочь, я готова.